Как если бы я не погиб на войне кентавров,
как если бы не отъехал за Ахерон,
клянусь говорить вам правду и только правду –
ваша честь, Хирон,

благородный суд работы мистера Свифта
разве я спасу себя, излагая кривду?
За неимением дрифта я откопировал мир
на подкладке тюремного клифта красным, как комбижир
шквальным огнем, в котором плавает бром –
ваша честь, Хирон,

я был полон идей и в ботинках хлюпала лимфа,
я принес по воде с берегов Олимпа
новые струны для старой цитры,
я придумал новые гимны, но в остальном, увы,
блистательные гуингмы, я был таким же, как вы,
и надо мною – все тот же телесный закон,
ваша честь, Хирон,

нежным, как телячья пашина,
я поставил памятник из силумина,
грубым
я вырезал губы из дуба,
каждой скво
я воздал по заветной мечте,
ничего
не оставив себе в пустоте,
но спасибо,
что слушал меня живого,
одного – от убитых когорт,
Thank you, bloke, как сказал бы насмешник Хогарт,
я сказал бы
Lord.

Дмитрий Мельников ( huronian )

Здравствуйте, дорогие сообщники!
Меня не зовут Наташа, мне 35 лет и я только что прочитала Сьюлетт Дрейфус "Компьютерное подполье".
Это книга без преувеличения потрясла мой внутренний мир. Я узнала столько нового! Например, мою душу перевернул тот факт, что вместе с прозаком прописывают кучу таблеток от его побочных последствий, а если их не выпить, а выпить только прозак, то у тебя будут трястись руки, течь слюна и непроизвольно закрываться глаза. Вот какая умная книга! Теперь если мне пропишут прозак, я буду знать, как с ним быть.
Еще мне в книге очень понравился Электрончик, жаль что у них с Теоремкой ничего не получилось, но он сам виноват, конечно. Но лучше всех - это Гэндальф с Падом, они такие клевые! Даже в тюрьме сидели!

Посоветуйте мне что-нибудь наподобие! Только Стивена Леви мне советовать не надо, я его сейчас читаю.
Мне еще нравится Уильям Гибсон, только он очень мало всего написал, я это все уже прочитала. А нового Гибсона почему-то не печатают. А Стерлинг мне не нравится, он занудный помоему, но я все равно его перечитала. Еще мне Суэнвик нравится, особенно ранний, про дочь железного дракона и вакуумные цветы. И Филип Дик мне тоже нравится, посоветуйте мне его что-нибудь новенькое, пожалуйста, если кто знает. И Желязного, а то он давно ничего не писал, а мне хочется продолжение его "витков"!
Мне еще кажется, что мне Джек Вомак должен понравится, но я его на русском не нашла. Если кто знает, какие у него книги на русском есть, напишите, я буду вам очень благодарна.

И еще, пожалуйста, только бумажные книги советуйте, потому что на ридере мне читать не нравится, хотя я ни разу и не пробовала. И лукьяненко с дяченками тоже не советуйте, потому что я их уже тоже прочитала, еще когда в школе училась.

С нетерпением жду ваших советов и спасибо всем откликнувшимся.

p.s. Ну да, да, я хотела отправить это в chto_chitat , а потом передумала :) Никто же не виноват, что у меня такое извращенное чувство юмора.

UPD: Ну да, да, а потом подумала и все-таки отправила в что читать. Никто же не виноват, что у меня такое извращенное чувство юмора.

Когда мне будет совсем нечего писать, я напишу роман ужасов. Классический такой хоррор.
Про то, как мы переходили нас переводили на Интранет.
Как беда началась с малого: вечером нам показали двадцатиминутную презентацию про Интранет и пообещали золотые горы, как только мы начнем в нем работать.  То есть в понедельник.
И как потом случился понедельник. А золотых гор не случилось, конечно же. Как первые пришедшие на работу не смогли войти в базу данных. Потом туда же не смогли войти все остальные. Как паника охватила весь город офис. Как встала работа. Сорвались встречи и дедлайны, оплаты банковских счетов и отгрузки аптекам, производство таблеток и растворение растворов.
Как разгневанные жители сотрудники пытались найти виноватых. Как айтишники спасались бегством и заперлись в своих кабинетах, не отвечали на телефонные звонки и пинки в дверь. Как губернатор генеральный пришел, по обычаю понедельника,  к обеду и объяснил, что Интранет разрабатывала сторонняя компания, и айтишников убивать не стоит. И надавал красивых обещаний, что к утру все будет хорошо. Пикет под дверями айтишников сняли, но когда они пришли на кухню, наш Гарлем отдел сбыта их побил и облил кипятком.
По законам жанра, к утру стало еще хуже. Явились представители сторонней компании (это, конечно же, главное зло), и стали рассказывать, как после перехода на Интранет нас постигнет полная и окончательная нирвана. И стали показывать, как надо в него входить. И тоже не смогли.  После чего стали кричать о небывалом саботаже и смертной казни всем, не смогшим войти в базу. Народ в страхе разбежался по рабочим местам, тихо сидел в интернете и писал в блокнотах. Генеральный свалил спасать леса Амазонки и слал смс-ки на испанском.
Ситуация осложнялась тем, что не только все документы, но и большинство контактов хранилось в корпоративной почте, куда попасть тоже было, разумеется, нельзя. Внешний мир шел на компанию войной и объявлял о прекращении дипломатических отношений. На третий день блокнотов и интернета у людей началось повальное сумасшествие. Употребление  наркотиков чая достигло небывалых размеров. Сплетни, слухи и производственные романы множились со страшной силой.
Дело близилось к апокалипсису. И он бы непременно наступил, если бы не один нелегальный эмигрант скромный студент  матфака, зарабатывающий на жизнь таксистом курьером, не додумался, как можно скопировать всю базу документов обратно. Как он сказал об этом  фирме разработчику и как они потребовали его линчевать. Как он напоил уговорил айтишников и они  втайне от губернатора генерального, на выходных потихоньку обзванивая сотрудников и убеждая сказать им свои логины и пароли, восстановили прежнюю, старую базу. И как люди, не веря своему счастью, снова принялись за работу. Как мир и спокойствие воцарилось в долине муми троллей.
Пожалуй, я так обнаглею, что сделаю из себя какого-нибудь второстепенного персонажа и вставлю туда один из диалогов, которые ежедневно происходили между сотрудниками и разработчиками и объединялись девизом «кто кому перехамит?»:
- Как мне работать?
- Создайте себе маленький локальный файл и в нем работайте!
- И кем я должна работать в маленьком локальном файле?
- Курсором!

Я даже псевдоним себе сочинила: Степан Королев.
Осталось название придумать подходящее.
Предполагающее продолжение.
Потому что 1 декабря нас опять попытаются перевести на Интранет.

"Кейс вдруг испытывает острое желание проехаться на парижском метро –
и вспоминает неподражаемое изящество, с каким француженки умеют повязывать шарфик."
Уильям Гибсон. "Распознавание образов"

Эти слова вспоминались мне каждый парижский день. Нет, Париж никогда не был городом моей мечты. И даже несмотря на мою любовь к Хемингуэю, мне никогда не хотелось попасть сюда. «Увидеть Париж и умереть» – это не про меня. Но… («в твоем голосе отчетливо слышится «но»!) я не могу не сказать этого: Париж прекрасен.
Не холодной светской красотой, а тем самым неподражаемым изяществом, которого иногда катастрофически не хватает глазам. Оно сквозит в каждом жесте, в каждой мелочи. В балконных решетках, непохожих друг на друга. В горшках с разноцветной геранью, выставленных на крышах мансард. В огромных витринах, провожающих тебя улыбками. В крохотных кафе, где чашки белого фаянса отражаются в темно-вишневой столешнице… И даже вход в метро - в стиле модерн…
Я не знаю, что делает этот город с людьми. Почему его считают лучшим городом на свете, почему в него влюбляются, стремятся к нему, пишут про него стихи…
Я знаю, что видела только то, что принято показывать гостям, – фасад, гостиную, праздничную улыбку. Я не спускалась в катакомбы, не жила в спальном районе, не ездила в час пик в метро, не терялась на вокзале… Но у меня не было чувства, будто то, чего я не видела – другое. Что город лжет мне, притворяясь тем, кем он никогда не был на самом деле. Я видела тех, кто живет там. Они выглядели счастливыми. 
Я всегда считала, что города – как люди. Если кто-то делает тебя счастливым, к нему невозможно относиться плохо.

…жизнь не теряет смысла,
рука забывает поставить точку

На Монмартр мы попали рано утром. Возле церкви Секре-Кёр работали поливальные машины, сверху вниз по улочкам неслись потоки воды, и гид объяснил, что так принято убирать улицы на Монмартре: чисто, свежо, и дворники не напрягаются. На Монмартре у нас был французский гид, весельчак Давид, который умеет говорить обо всем на свете, отягощен знаниями, как большая советская энциклопедия, и не пропускает взглядом ни одной особы женского пола, в каком бы возрасте она ни была, не забывая присвистывать при виде особенно эффектных дам. Ну, и ко всему прочему он преподает в Сорбонне. И вообще, в действительности он не гид, просто наш гид заболел, и Давида попросили его заменить… Не знаю, возможно, это еще одна из его бесчисленных баек, но мне было приятнее думать, что нам чудовищно повезло.
Давид поведал нам, что жители Монмартра были против  присоединения к Парижу. Отказывались выполнять правила муниципалитета, не пускали к себе полицейских, не продавали ничего чужакам… Отголоски той войны до сих пор не затихают. Например, на Монмартре, в отличие от всего остального Парижа, не принимают кредитных карт, только наличные. И нет ни одного банкомата. Стоит ему появиться – через день он уже не работает. Давид, очевидно, воюет на стороне Монмартра.
 

Ну, что я могу сказать? Я не ожидала от себя такого.
Я записалась в клуб фанатов Нотр Дам де Пари.
Мне казалось, я знала, как он выглядит еще до того, как увидела его.
Ведь тысячи фотографов, профессиональных и не очень, снимали его во все времена года. В каждый час суток. 
Но при встрече он все равно поражает.
На него можно смотреть вечно. Как на восход солнца. 

И я даже не буду пытаться вставлять здесь свои картинки - сотни людей сфотографировали его гораздо лучше, чем я.

На Монпарнасе гид рассказала нам старый-престарый туристический анекдот. Стоит группа где-то в горах в Швейцарии, экскурсовод говорит: «слева вы видите известный замок. Ближе не подходите, здесь обрыв. Но если кто-то сорвется, не забудьте посмотреть вправо – вам откроется чудесный вид на долину». И добавила: на Монпарнасе это не работает. Куда бы вы ни посмотрели – вид будет чудесным.
Весь город лежит перед тобой, как маленькая карта с макетами Эйфелевой башни, Триумфальных арок, островов. Присмотревшись, можно различить каждый дом. И страх высоты вдруг становится острее, переходя в ощущение того, что стоит тебе сделать шаг вперед – и ты взлетишь, взмахнув крыльями, и приходится напоминать себе, что крыльев-то у тебя никогда и не было и нехотя отходить от края.
Картина такая яркая, что до сих пор, спустя две недели с лишним, закрывая глаза, я помню ее. И голос гида, рассказывающий очередной анекдот:
– Справа от нас находится легендарная гильотина. Те, кто считают, что можно увидеть Париж и умереть, проходят направо, а остальные налево, сейчас мы посмотрим, как она работает…